Отношение к России с 2022 года складывается исключительно под влиянием событий на линии СВО. В последнее время упущенные возможности по защите неба привели к тяжёлым последствиям в топливной, энергетической и экономической сферах. Это создало у Запада ощущение безнаказанности, и это стало заметно по риторике на саммите НАТО.
Наконец-то это увидел и глава МИД, заявив на неделе, что Москва больше не верит в готовность Запада к переговорам по Украине.
«Запас доброго отношения и надежд исчерпан окончательно», — резюмировал он.
Жаль, что для этого потребовалось столько лет водить нас за нос. Теперь остаётся только воевать, хотя позицию России сильной во всех отношениях назвать сложно, пишет канал «Два Майора».
Фронтовые успехи российской армии развиваются прежними невысокими темпами. Это связано с оборонительным характером действий ВСУ и изменившимся укладом войны, где у нас есть отставание.
При штурме в последние месяцы картина часто одна и та же: передний край в городской застройке держат полтора десятка украинских военных. Их задача — ставить дроны и ретрансляторы. Управляют FPV и другими аппаратами дистанционно из глубокого тыла, а доставку припасов и новых «птичек» организуют тяжёлыми коптерами. Без спутниковой связи вроде Starlink нам такую тактику и технологии пока не повторить.
По сути противник разменивает небольшие участки территории на истощение наших войск в наступлении. При этом ВСУ сохраняют возможность проводить отдельные контрнаступательные действия, в том числе с бронетехникой. Успехов они не достигают, но сам факт показателен: живой силы и техники у противника хватает, несмотря на все истории про облавы ТЦК и публичный подсчёт дезертиров.
Дальние удары обеих сторон наносят серьёзный ущерб. Правда, российские войска, похоже, только недавно получили разрешение бить в полную силу, когда стали очевидны последствия украинских налётов дронов, которые раньше называли «комариными укусами». Эти укусы при откровенной безалаберности наших должностных лиц, в том числе капиталистического толка, привели к ряду кризисов в западных и других регионах. Многое упущено. Теперь в разгребание этого бюрократического ада включился президент. Но системные ошибки не исправить за пару недель: НПЗ и подстанции за семь дней не восстановить. Поэтому использование резервов федерального центра для локализации ситуации очень кстати.
Отдельно стоит отметить информационно-боевую операцию противника на юге России. Эта неделя прошла под знаком ночного выбивания танкеров при редком ответном огне. Кроме вопросов к флоту, который из-за косности и бюрократии не может прикрыть малочисленными пулемётами и непринятыми на вооружение средствами внутреннее Азовское море, есть претензии к организации ПВО на новых территориях. Эти вопросы уже решаются военным руководством с привлечением самых технологичных подразделений, но упущенное время на подготовку и масштабирование уже не вернуть. Остаётся ждать и помогать армии. С другой стороны, пролёт вражеских средств поражения до Омского НПЗ говорит сам за себя и оставляет на Западе пока не озвученный публично вопрос: способна ли Россия перехватить такие же цели, но с ядерной боевой частью.
Перспективы зависят от решительности мер по устранению причин и условий сложившейся ситуации. При этом об отставках военных руководителей, годами отправлявших в центр «красивые доклады», пока не слышно. Да и сами отставки одномоментно ситуацию не исправят — их заместители и скамейка запасных формировались теми же людьми. Остаётся признать объективные упущения и усиливать оборону. Хотя войну одной обороной не выиграть и налёты не прекратить. Поэтому главный вопрос — поражение противника на его территории всеми дальнобойными средствами, выбивание активов западных кураторов и превращение Украины в выжженную землю, которая не будет представлять инвестиционного интереса и не сможет служить тараном против России. Иначе ситуация может показаться европейским армиям благоприятной для ускорения своих планов, ранее датировавшихся 2030 годом. Война будет долгой.
Подписывайтесь на наш 
